?

Log in

Previous Entry | Next Entry

Итак, все кусочки пазла вроде бы легли на свои места. Здесь, в Аржелес-Сюр-Мер, 20 июня 2016 года в 5:14 утра, глядя на заход полной Луны и слушая вой сильного ветра в снастях сотен яхт, мирно качающихся в порту, я готов сформулировать одно решение нескольких на первый взгляд очень разных задач, которые до сих пор не укладывались у меня в голове.



Задачи, решения которых я искал, выглядят следующим образом.

1. Переключение российской экономики на ресурсы 21 века. В конце 20 века нам повезло распоряжаться довольно существенными нефтяными запасами, которые стараниями роста энергопотребления, а также отсутствием решения по аккумуляции энергии в мобильных устройствах и медленным развитием технологий альтернативной генерации сделали Россию на некоторое время богатой и преуспевающей.

Очевидно, это не продлится долго, данная ситуация - не более чем случайное стечение обстоятельств технологического развития, как в краткосрочной перспективе (2-3 года), так и на длинном горизонте (20-30 лет) цены на энергоносители будут подвержены самым драматическим колебаниям, не позволяющим сделать на них ставку в развитии страны.

Что есть нефть 21 века? Большие данные и творческие способности человека. Только слепой может себе позволить не видеть первых ласточек этой новой экономики. На обработке больших данных быстро сделали себе много миллиардную капитализацию не только Google и Uber, десятки компаний, которые могут похвастаться тем, что оседлали волну успеха, и вполне способных помериться доходами с экспортом российских вооружений, в основе имеют интерфейсы для сбора больших данных и движки для их обработки.

Творческие способности человека - еще одно поле экономического роста. В начале был Hollywood, оказавшийся способным концентрировать таланты со всего мира в одном месте, и за счет огромных международных продаж предоставить этой творческой элите совершенно фантастические гонорары и уровень жизни. Потом Facebook и YouTube, которые по сути являются механизмами сбора и фильтрации результатов индивидуальных творческих усилий, в основной своей массе никому не интересных, но неизбежно содержащих в себе те творческие "бомбы", которые расходятся миллионными репостами, и приносят создателям славу, а иногда и связанную с ней личностную капитализацию.

Как обеспечить России достойное место в новых экономических отношениях на этих двух основных рыночных полях?

2. Вторая задача куда менее глобальна, но также имеет общегосударственный контекст. А именно, нужно принципиально новое решение по качеству государственного управления. И дело тут не в персоналиях - они всего лишь способны слегка улучшить или ухудшить общий тренд. Но проблема сложности принимаемых решений, и естественной реакции систем управления 20 века - увеличивать бюрократию и количество чиновников в ответ на рост этой сложности - тупик.

И не только потому, что весь этот бесконечный аппарат стоит слишком много денег, а кроме того, порождает внутренние процессы и интриги, которые уже ничего общего с развитием и экономической конкуренцией не имеют, а в основном потому, что традиционные бюрократические системы уже не обладают той адаптивностью, которая необходима для того, чтобы успевать в конкуренции за людей и успешные компании.

Естественное следствие для государств, которые на что-то рассчитывают в 21 веке - изменись или умри, причем в последнем случае можно наблюдать как потери элитами контроля над ситуацией (и не только в развивающихся странах, последние события в Европе с мигрантами - яркий тому пример), так и потерю целостности территории (и не важно, что всегда за такими событиями стоят интересы крупных стран - они всегда были, но до последнего времени не приводили к развалу государств на части и к взрывному росту очагов напряженности и эскалации конфликтов).

Ситуация в миниатюре наблюдается в любой государственной структуре, в том числе и в Фонде Сколково. Больше сложностей и вызовов -> больше людей -> больше бюрократии -> хуже управляемость -> потеря в скорости адаптации и падение конкуретоспособности. При этом ни модель разделения сфер ответственности, ни программно-целевой метод управления, ни какая другая методика локального проектного управления по факту не позволяет переломить данный тренд. В лучшем случае - фокусировка активности на КПЭ, которые позволяют демонстрировать успехи локально, но увы, не обеспечивают создание устойчиво развивающихся экосистем.

Та же проблема с чистым конкурентным рынком. Иллюзии того, что его естественная адаптивность в 21 веке достаточна - видимо придется забыть. Яркие примеры - посмотрите, что вылезает в топ последние полвека в рекламе, на повестку самых кассовых голливудских фильмов, на топовые ролики в YouTube. Не смущает?

Если обобщить, то выходит, что наибольшей популярностью пользуется то, что существенно эксплуатирует наиболее низменные (животные) потребности человека, палка для селфи как шутка в ответ на космические корабли и ядерные реакторы 20 века - вот Вам ответ рынка на задачу адаптивности. Не об адаптивности к долгосрочным потребностям человека заботится рынок, а об адаптивости к его звериному "я", особенно если небольшую интеллектуальную надстройку над этим "я" удается на время отвлечь решением головоломок, как сделали в "Матрице" бесподобные Вачовски.

Нужно решение другого класса, иначе шансы на то, что мы себя найдем на экономической и политической карте 22 века можно считать незначительными.

3. Эффективность государственной поддержки проектов. Задача - чисто минфиновская (проистекающая из задачи эффективности использования бюджетных средств), но пока не снятая, и не решенная. Поскольку мы еще даже не подобрались к ответу на вопрос о том, где должен быть баланс между нежными объятиями контрольно-надзорных и следственных органов, способных задушить любое здравое начинание, и разухабистым освоением бюджетных средств на придуманные и никому не нужные темы, с поездками в перерывах на Куршевель, или покупкой дач на Рублевке или в Сочи.

При этом мы выше договорились, что проектный подход в принципе требует развития, что он (и не важно, каскад это или скрум) - не панацея, ровно также как не панацея программно-целевой метод управления или КПЭ. Как часть какой-то другой системы - да, возможно, даже допускаю, что это важные компоненты. Но не определяющие поведение системы.

Но это не снижает актуальности вопроса, поскольку можно годами теоретизировать, тем временем теряя тех последних, которые способны и умеют работать над государственными задачами, но перестают верить в то, что государство способно быть союзником и соратником, а не врагом, которого либо надо держать максимально близко (не забывая про его сущность и наращивая аппараты по взаимодействию с ним), либо сменить на более благоприятные режимы.

Решение - общее для всех трех задач. Решение - в развитии в Сколково стратегических компьютерных технологий под задачи совершенствования механизмов корпоративного и проектного управления на основе инструментов больших данных и искусственного интеллекта, пристегивая IP.Net и прочие полезные штуки по пути.

А именно, продолжая пассаж про нефть 21 века, как тогда основная добавленная стоимость возникала не от добычи нефти, а от ее переработки, так и сейчас вопрос больших данных и творческого потенциала - не в утечке первого и второго зарубеж, а в создании здесь, в России своеобразных НПЗ, перерабатывающих сей бесценный продукт в ценность для экономики.

А как это сделать? Необходимо начать что-то покупать у стартапов и технологических команд, что-то, что позволит им здесь наращивать необходимые компетенции для того, чтобы иметь возможность для создания гуглов и микрософтов параллельно, в режиме спин-оффов.

Что можно покупать? Известно что. То, с чем у нас наибольшие проблемы. Технологии, обеспечивающие адаптивную организацию работ, включая многопараметрическую оптимизацию, машинное любопытство к явлениям, которые не попадают под стандартную классификацию. Технологии адаптивной и клиентоориентированной бюрократии, а также сравнительного анализа эффективности ее работы в разных кейсах по созданию ценности для граждан и российских компаний, что есть не что иное как оценка эффективности гос.поддержки.

Кто может покупать? Известно кто. Минфин России в части оценки эффективности. Сбербанк России, Фонд Сколково в части корпоративного управления и адаптивной бюрократии, дальше - посмотрим. В принципе - основной покупатель во всех смыслах, которого я сегодня вижу, это лично Г.О. Греф, есть еще ряд коллег, с которыми необходимо провести pre-sale, прежде, чем идти дальше,!впрочем, посмотрим, как и кому правильнее это продавать.

Детализирую и разверну в оффлайне, интересующиеся знают, как меня найти.